Ассасин короля Казимира: князь Иван Лукомльский

Ассасин короля Казимира: князь Иван Лукомльский

31 января 1493 года на Москве-реке, «пониже моста», были заживо сожжены в железной клетке выходец из ВКЛ князь Иван Лукомльский (Лукомский) и его «товарищ по несчастью» — латинский толмач Матияс Лях. Одновременно на Торгу насмерть забили кнутами смолянина Богдана Селевина, а его брату Олехне отрубили голову.

lukomskiЛицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7001 (1501). О казни князя Иване Лукомского и его «товарищей по несчастью»lukomski2

 

Летописец так передает суть предъявленных им обвинений: Селевины были казнены за то, «что они посылали з грамотами и с вестми человека своего Волынцева к князю великому Александру Литовскому. А князя Ивана Лукомского послал к великому князю (Ивану III — прим.) служити король польский Казимир, а к целованию его король привел на том, что ему великого князя убити или окормити зельем, да и зелье свое с ним послал, и то зелие у него выняли…».

Известный специалист по военной истории Е.Разин в т.2 «История военного искусства» объясняет это событие следующим образом: «Терпя неудачи на фронте, литовские феодалы заслали в Москву диверсантов, которым было поручено убить или отравить Ивана III. Диверсанты были пойманы и казнены».

Коллаборант и нацистский приспешник в годы оккупации Витебщины Ю.Вицьбич с гордостью пишет о «знаменитом земляке» следующее: «З тутэйшых князёў Лукамльскіх вядомы Іван, які адмыслова паехаў на службу да Івана Трэйцяга, што першы пачаў менаваць сам сябе царом «всея Руси», а пра Беларусь-Литву недарэчна гаварыў: «Из  старины от наших прародителей наша отчина», каб забіць  яго. Аднак Масква праз сваіх шпегаў даведалася аб гэтым і спаліла Івана Лукамльскага ў клетцы на  Балотнай плошчы».

Лицевой летописный свод Ивана Грозного (Царь-Книга) 7001 (1501): «О князе Иване Лукомском. В ту же зиму января в 31 день великий князь Иван Васильевич казнил князя Ивана Лукомского и латинского толмача Матиаса Ляха, сжег их на реке Москве пониже моста в клетке; да казнил двух братьев смолян, Богдана и Олехну Селевиных, торговой казнью, и Богдан умер от торговой казни, а Олехне голову отрубили за то, что они посылали с грамотами и вестями своего человека Волынцова к великому князю Литовскому Александру. А князя Ивана Лукомского прислал служить к великому князю король Польский Казимир, а привел его к целованию на том, чтобы ему великого князя убить или ядом опоить, и свой яд с ним послал, и тот яд у него изъяли. И сказал князь Иван Лукомский на князя Федора Бельского, что тот хотел бежать от великого князя в Литву; и князь великий за то велел князя Федора схватить и послал его в заточение в Галич».

Из книги «Жандармы России» (Сост. В. С. Измозик. — СПб.: Издательский Дом «Нева»; М.: «ОЛМА-ПРЕСС», 2002):

«За неимением документов по этому «делу» нам трудно судить о том, насколько обоснованными были эти официальные обвинения: действительно ли смольняне Селевины являлись литовскими шпионами, а князь Лукомский по заданию короля Казимира готовил покушение на жизнь Ивана III, или казненные лица стали жертвами охватившей московский двор в разгар военного конфликта с Литвой «шпиономании»?

Как бы то ни было, приведенный эпизод представляет несомненный интерес для истории политического розыска. Прежде всего он явно свидетельствует о том, что и умысел на жизнь государя, и шпионаж (пересылка грамотами с неприятелем), квалифицированные как государственные преступления лишь в Соборном уложении 1649 года, в реальности считались таковыми еще в конце XV века (и соответственно карались).

Кроме того, хотя в летописном сообщении перед нами предстает лишь финал этого драматического эпизода, но некоторые детали рассказа позволяют судить о процедуре розыска, предшествовавшего казни.

Так, в качестве вещественного доказательства фигурировало некое «зелье», изъятое у арестованного князя Ивана Лукомского. Еще одна интересная подробность: по словам летописца: Лукомский оговорил князя Федора Бельского, заявив, что тот «хотел бежати от великого князя в Литву. И князь великий (Иван III — прим.) за то велел князя Федора изымали, да послал его в заточение в Галичь». Значит, побег в соседнее государство (в тот момент — вражеское!) рассматривался как измена, и даже само намерение бежать за рубеж считалось преступным.

Примечательно и то, что одного показания арестованного оказалось достаточно, чтобы на несколько лет упрятать заподозренное лицо за решетку: Ф.И.Бельский просидел в заточении до 1497 года (после чего был освобожден и, как ложно оговоренный, осыпан великокняжескими милостями – Иван III в качестве своеобразной компенсации за незаслуженное наказание женил его на своей племяннице — княжне Анне Васильевне Рязанской). Поскольку арестован он был в декабре 1492 года, а казнь князя Лукомского и его «товарищей по несчастью» произошла 31 января 1493 года, то получается, что следствие по одному из первых известных нам политических дел продолжалось несколько месяцев».

lukomski3Справочно: Князья Лукомские выводили своё происхождение от старшего сына великого князя литовского Ольгерда, Андрея, бывшего князем псковским, полоцким и с 1386 года Лукомским (на данный момент эта версия происхождении Лукомских документального подтверждения не имеет).

Князь Иван Лукомский выехал из ВКЛ в Москву в 1473 году за двадцать лет до того, как его казнили за участие в заговоре против Великого князя Московского Ивана Васильевича III.

Сергей Борисевич, vitebskcity.info

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Загрузка...