«…За такие злодеяния повесить!»

«…За такие злодеяния повесить!»

103755540_46701850_Kazn_dekabristov

190 лет назад состоялась казнь пятерых руководителей восстания на Сенатской площади – на кронверке Петропавловской крепости были повешены Павел Пестель, Константин Рылеев, Петр Каховский, Михаил Бесстужев-Рюмин и Сергей Муравьев-Апостол.

Молодой император Николай I сам принимал активное участие в следствии по делу декабристов, тем самым сильно облегчая ему работу: заговорщикам было трудно лгать в лицо самому царю. Занять оборонительную позицию и всё отрицать смогли совсем немногие. Большинство же, подчиняясь долгу чести, присяге, традиции или в силу обыкновенной растерянности, сразу сознались, признали вину, осудили свое поведение и выдали товарищей.

Результатом работы суда стал список из 121 «государственного преступника», разделенных на 11 разрядов, по степени провинности. Вне разрядов были поставлены  Пестель, Рылеев, Муравьев-Апостол, Бестужев-Рюмин и Каховский, приговоренные к смертной казни четвертованием.

В число тридцати одного государственного преступника первого разряда, осужденных к смертной казни отсечением головы, вошли члены тайных обществ, давшие личное согласие на цареубийство. Остальные были приговорены на различные сроки каторжных работ. Позже «перворазрядникам» смертную казнь заменили вечной каторгой, а пятерых руководителей восстания решено было повесить.

Sob32153Казнь состоялась в ночь на 25 июля 1826 года. Полицмейстер прочитал сентенцию Верховного суда, которая оканчивалась словами: «…за такие злодеяния повесить!»

Двое палачей набросили на шеи приговоренных петли, а на головы надели белые колпаки. Когда все было готово, с нажатием пружины в эшафоте, помост, на котором стояли декабристы на скамейках, упал. И в то же мгновение трое сорвались – у Рылеева, Пестеля и Каховского оборвались веревки. В таком случае обычно давалось помилование, но генерал Бенкендорф, отвечавший за проведение казни, приказал повесить вторично. Для троих несчастных процедура повторилась. На сей раз веревка Пестеля оказалась так длинна, что он носками доставал до помоста, и это, безусловно, продлило его мучения.

Жестокая расправа над декабристами потрясла всю страну. Со времен Екатерины II, когда казнили Мировича и Пугачева, в России фактически не было ни одной публичной смертной  казни, и уже одно это делало казнь декабристов  (к тому же осужденных на смерть за одно только «намерение на цареубийство») событием исключительным. Чувство недоумения, растерянности и страха, быстро сменившееся горячим сочувствием к жертвам, овладело даже теми, кого трудно было заподозрить в симпатиях к декабристам.

Александр Кутузов, vitebskcity.info

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Загрузка...