Вор или благодетель? Скандальный министр Российской Империи Аполлон Кривошеин

Вор или благодетель? Скандальный министр Российской Империи Аполлон Кривошеин

Судьба бездарного высокопоставленного чиновника и талантливого помещика-предпринимателя Аполлона Константиновича Кривошеина, скончавшегося в Шклове в двенадцатый день ноября ровно 115 лет назад – яркое подтверждение справедливости народной мудрости: всяк человек хорош на своем месте, а не в свои сани не садись.

Krivoshein Apollon Konstantinovitsch (1833-1902)

Имя потомственного дворянина Аполлона Кривошеина хорошо известно на Могилевщине. До сих пор в Шклове помнят и ценят его вклад в развитие этого города. Так, благодаря инициативе Кривошеина в 1898 году в Шклове была построена картонная фабрика, выпускавшая в то время картон и оберточную бумагу. Сегодня сохранившееся здание фабричной конторы является памятником гражданской архитектуры с элементами стиля «модерн».

Еще одним памятником, на сей раз дворцово-паркового искусства, и настоящим украшением современного Шклова по праву считается городской парк, заложенный Кривошеиным на рубеже XVIII — XIX веков. От того, старого парка, некогда занимавшего гораздо большую площадь, сохранились три аллеи, пруд и усадебный дом, в котором теперь расположен Центр внешкольной работы. Жемчужина парка — белые тополя, диаметр ствола которых достигает 1, 2 метра.

Шкловское имение Аполлон Кривошеин приобрел вскоре после своей скандальной отставки с поста министра путей сообщения Российской империи. Убежав от пересудов и суеты столичной жизни, все свои силы и энергию он направил на эффективное управление своими белорусскими владениями. Здесь, в Шклове, восемь лет спустя он и скончался, в почете и уважении. Жизнь незадачливого экс-министра и талантливого помещика-предпринимателя оборвалась 12 ноября 1902 года.

Судьба Аполлона Кривошеина, человека умного, образованного, одаренного многими деловыми и человеческими качествами, – лишнее подтверждение тому, что всяк человек хорош на своем месте, а не в свои сани, как говорят в народе, не садись.

«Чужими санями» для Аполлона Константиновича, потомка нескольких поколений русских дворян, верой и правдой служивших Отечеству, как раз и стал высокий министерский пост. Оказался он на нем совершенно случайно, неожиданно как для работников самого министерства, так и для всей чиновной России.

Чтобы понять, как такое могло случиться, следует иметь в виду, что во все время царствования Александра III, неразбериха в управлении транспортным ведомством страны была невообразимая. Именно на этот период приходится череда самых скоротечных и порой скандальных назначений и отставок.

В ноябре 1888 года на должность министра путей сообщения был назначен генерал-лейтенант Герман Паукер. На этом посту он сменил близкого к великому князю Константину придворного адмирала Константина Посьета, отправленного в отставку после трагического крушения царского поезда у станции Борки 17 октября 1888 года.

Георгий Паукер, умница и эрудит, в должности министра пробыл менее пяти месяцев, поставив таким образом своеобразный рекорд.  Не успев как следует войти в курс дела, он скончался от воспаления легких. Главнейшим делом его краткого управления стало согласие на передачу вопросов формирования железнодорожных тарифов из ведения министерства путей сообщения — в министерство финансов, в котором специально для этих целей был создан отдельный департамент под руководством Сергея Витте.

На следующий день после кончины Паукера, 30 марта 1889 года, главой министерства был назначен Адольф фон Гюббенет. В отличие предшественника, у него сложились более чем напряженные отношения с главой финансового ведомства Вышнегородским и практически все время пребывания Гюббенета на посту министра можно охарактеризовать как непрерывную войну со своим оппонентом. Царь недолюбливал Вышнеградского, однако этим своим преимуществом Гюббенет воспользоваться не смог – слишком некомпетентным оказался он в делах собственного ведомства. Итог – отставка.

Преемником Гюббенета стал Сергей Витте, в то время еще совершенный новичок в петербургском правительственном мире. К выполнению новых обязанностей он приступил с целой программой мероприятий по усовершенствованию системы путей сообщения. Однако осуществить свои намерения не успел. Уже через шесть месяцев, в августе 1892-го, Витте был назначен министром финансов на место тяжело заболевшего Вышнеградского.

Вот тогда-то освободившееся место главы министерства путей сообщения неожиданно для всех занял… гофмейстер Двора Его Императорского Величества Аполлон Кривошеин. Увы, в новой должности управленец дворцовым хозяйством работал столь неуспешно, что через два года был отправлен в отставку.

На освободившееся место тут же поставили князя Михаила Хилкова. В отличие от предшественника Хилков сумел организовать работу министерства таким образом, что за десять лет протяженность железных дорог России выросла с 35 до 60 тыс. км, а их грузооборот удвоился. Ежегодно возводилось около 2,5 тыс. км железнодорожных путей (таких темпов не было даже в советский период) и около 500 км автомобильных дорог.

С отставкой Кривошеина и назначением Хилкова завершилась кадровая чехарда

в руководстве одним из ключевых министерств империи, продолжавшаяся на протяжении всего царствования Александра III. Правда, сняли Кривошеина, а точнее выперли за злоупотребления, уже при Николае II.

В чем же провинился Аполлон Константинович? По словам Витте, это был «умный, деловой человек, но железнодорожного дела не знал», сам «министерством не занимался», отдав все вопросы на откуп подчиненным, при этом охотно «расходовал казенные деньги на устройство роскоши в своем помещении». Так, указывал далее Витте, «помещение министра путей сообщения и без того почти царское» Кривошеин расширил за счет «соседней квартиры, которая принадлежала его товарищу», устроив себе в нем домашнюю церковь, которую, включая священника, содержал за счет казны.

В свою очередь государственный контролер Тертий Филиппов в докладе Николаю II утверждал, что Аполлон Кривошеин наладил поставки шпал для железнодорожного строительства из своих собственных имений по «льготным» расценкам и что одна из железнодорожных веток якобы была спроектирована таким образом, чтобы пройти через его владения (разумеется, с выплатой соответствующих компенсаций).

 

Многие факты нарушений, представленные в отчетах ревизоров, выглядели неубедительно, бездоказательно и были сильно утрированы. Оно и понятно, чиновники, найдя, как им казалось, достойный повод показать свою кристальную честность и служебное рвение новому императору, из кожи вон лезли, чтобы порадеть за интересы Отечества. И Аполлон Кривошеин, не имея достаточного покровительства при дворе, был вынужден покинуть свой пост.

На этом его государственная карьера завершилась. И началась жизнь совсем другая, провинциальная, но от того не менее активная. Именно тут, на Могилевщине, наиболее полно раскрылись его таланты предпринимателя и помещика-управленца. А дела и начинания, не столь громкие, но весьма полезные обывателю, обеспечили Аполлону Кривошеину добрую память в людских сердцах.

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Загрузка...