Герой, Отечеству служивший

Герой, Отечеству служивший

КУЛЬНЕВ Художник Дж.Доу. 1820-е гг.

Наполеон называл этого человека «одним из лучших генералов русской кавалерии». Бескорыстный, честный, строгий к себе и подчиненным, он был любим солдатами за отеческую заботу о них.

Время подтвердило правоту слов Кульнева: «Герой, служащий Отечеству, никогда не умирает и в потомстве воскресает».
Родился Яков Петрович Кульнев в ночь с 24 на 25 июля 1763 года в небольшой деревеньке Сивошино Полоцкого уезда Витебской губернии. Будущий герой Отечественной войны 1812 года появился на свет в семье офицера, происходившего, по словам историков «из дворянского рода, ведущего свое начало от шляхтича, приехавшего в Россию в 1460 году».
Его отец, Петр Васильевич, всю жизнь служивший Отечеству верой и правдой, заработавший свой офицерский чин кровью во время Семилетней войны, не был богатым человеком. Все состояние Кульневых заключалось в его офицерском жалованье. Дети (шестеро сыновей и дочь) росли в уважении к труду, бережливости и скромности.
В 7-летнем возрасте Яков Кульнев был определен отцом на учебу в Сухопутный кадетский корпус, который закончил с большой серебряной медалью. Боевое крещение молодой офицер получил в Молдавии во время русско-турецкой войны. Особенно отличился он при осаде крепости Бендеры.
В 1794 году Кульневу довелось действовать под началом А.В.Суворова в военной кампании в Польше. Он принимает непосредственное участие в сражениях при Кобрине, Муховце и Брест-Литовске, где смелая кавалерийская атака и удар в штыки решили исход сражения. Великий русский полководец лично отмечал выдающиеся способности храброго офицера. Именно по его представлению Кульнев получит чин ротмистра.
Время службы под начальством А.В.Суворова Яков Петрович считал счастливейшими в своей жизни. По словам его друга Дениса Давыдова, Кульнев «боготворил Суворова и всегда говаривал о нем со слезами восторга». Позже, уже будучи генералом, он, подобно своему учителю, не только носил ментик и шинель грубого солдатского сукна и ел самую простую пищу, но и глубоко проникся самой сущностью суворовского духа, близко знал жизнь солдат, заботился о них, говорил с ними понятным им языком.
Одной из отличительных черт Кульнева, снискавшей ему в последствии прозвище «беднейшего в мире генерала» было бескорыстие. Придерживаясь действительно демократических взглядов, Яков Петрович (в отличие, например от Т.Костюшко, против которого ему довелось воевать под командованием Суворова) отпустил на волю своих крепостных.
24 октября 1794 года суворовские «чудо-богатыри» пошли на штурм предместья Варшавы — крепость Прагу. Конница прикрывала русские пушки, шедшие с резервами за семью штурмовыми колоннами. Когда пехота завладела крепостным валом, конница ворвалась на улицы Праги. Одним из первых был Я.П. Кульнев.
За отличие при штурме Праги бесстрашный молодой офицер был произведен в майоры. Казалось, перед ним открываются огромные перспективы. Однако многое изменила смерть императрицы Екатерины II. Появление на троне Павла I привело к коренным изменениям в русской армии.
На смену боевой учебе пришли строевые экзерциции и шпицрутены. Кульнев с болью воспринимал нововведения нового императора. Будучи прямым и честным человеком, он плохо скрывал это, что, естественно, не способствовало продвижению по службе.
Казалось, Кульнев останется «вечным майором». Ему уже «скучно стало не видеть перемены в своей службе», когда в 1807 году Гродненский гусарский полк, в который незадолго до этого его перевели, вошел в состав армии, действовавшей против Наполеона в Восточной Пруссии. Здесь Кульнев ярко проявил себя в ряде сражений.
Особенно отличился храбрый офицер в неудачной для русской армии битве под Фридландом. Окруженный неприятелем, он, ко всеобщему изумлению, пробился со своими Гродненскими гусарами через кольцо вражеских войск, избегнув неминуемого, казалось бы, плена и позора поражения. Герой получил ряд боевых наград, о нем заговорили в армии.

***
Еще большую славу принесли Якову Петровичу действия в Финляндии во время русско-шведской войны 1808-1809 годов. Действуя во главе передового отряда русских войск, он, вместе со своими гродненскими гусарами без устали атаковал противника. Дважды был контужен, но не оставлял боевого строя и повторял одно только слово — «вперед».
«Ежели бы даже случилось, что у вас осталось хоть два человека, — говорил Кульнев, — то честь и слава и тут не бежать от неприятеля, а иметь его на глазах». Иногда, по свидетельству Дениса Давыдова, находившегося в Финляндии в отряде Кульнева, «евшего с ним из одного котелка и пившего из одной фляжки», генерала будили по 7-8 раз в продолжение ночи. «Я не сплю и не отдыхаю, – говорил он, – чтобы армия спала и отдыхала».
Нанося врагу поражение за поражением, Кульнев дошел до Улеаборга – главной военной базы шведов на севере Финляндии. За взятие города Якобштадта Кульнев получил в награду золотую саблю. В бою при Иппери его гусары, смяв противника, захватили в плен начальника штаба шведской армии графа Левенгельма. За это Яков Петрович был удостоен чина полковника.
Доблестно действовал Кульнев и в сражениях при Лаппо, Куортане и Оравайсе. Храбрость героя, образ которого был запечатлен для потомков 1808 году его другом Денисом Давыдовым в стихотворении «Поведай подвиги усатого героя…», восхищала и приводила в изумление даже врагов. Дело дошло до того, что король Швеции издал специальный указ, которым запретил своим солдатам стрелять в Кульнева!
Кульнев в Швеции
В марте 1809 года, во время знаменитого перехода русских войск по льду Ботнического залива к берегам Швеции, Кульнев, командовал авангардом одной из колонн 17-тысячного корпуса князя П.И. Багратиона.
Поход проходил в очень тяжелых условиях. С первых километров марша на русские войска обрушился свирепый снежный ураган, путь преграждали огромные полыньи. На ночлег приходилось располагаться прямо в сугробах. В этом ледяном аду важен был пример командира, который постоянно находился впереди, вместе с солдатами переносил трудности похода.
Разбив арьергард шведов, захватив артиллерию и более 600 пленных, Гродненские гусары Кульнева достигли берега Швеции и овладели прибрежным местечком Гриссельгам. До Стокгольма оставалось менее ста верст. Швеция срочно запросила мира. По заключенному 5 сентября 1809 году договору Россия приобрела Финляндию и Аландские острова.
Репутация Кульнева как блестящего кавалерийского начальника была упрочена. За время войны он получил очередные наград и чин генерал-майора. Эпитет «храбрый» становится неотделимым от его имени.

***
Яков Петрович был хорошо образован, проявлял живой интерес к истории, особенно к истории России и Древнего Рима. Его фраза — «Люблю матушку Россию за то, что у нас всегда хоть в одном углу да дерутся» — станет крылатой. И слова не расходились с делом.
Даже задумав жениться, лихой гусар порвет со своей невестой, когда та поставит ему условием для брака немедленный выход в отставку. «Ничто на свете, — писал он ей, — даже самая любовь, которую я к вам питаю, не возможет отвратить меня от сердечного ощущения беспредельной любви к отечеству и к должности моей. Прощайте, любезная и жестокая очаровательница».
После завершения войны со Швецией Якова Петровича направляют на юг, где уже четвертый год шла очередная русско-турецкая война. Он назначается шефом Белорусского гусарского полка и, командуя, как всегда, авангардными отрядами Молдавской армии генерала от инфантерии графа Н.М. Каменского, не раз обращает в бегство турецкую конницу. За сражение при Батине ему жалуется сабля с алмазами и надписью «За храбрость».
Вскоре после Батинской победы (январь 1811 года) Яков Петрович назначается шефом своего Гродненского гусарского полка, располагавшегося тогда в Витебской губернии.

***
С началом Отечественной войны 1812 года полк вошел в состав первого пехотного корпуса генерал-лейтенанта графа П.X. Витгенштейна и одним из первых вступил в бой с армией Наполеона 27 июня 1812 года. Поскольку корпус прикрывал пути к тогдашней столице — Петербургу, гусарам Кульнева неизменно поручалась самая сложная задача — действовать в авангарде или арьергарде, первым атаковать и последним отходить.
Отступление проходило по родным местам, где протекало детство генерала, в постоянных стычках с войсками французского маршала Удино, имевшего задачу отрезать корпус Витгенштейна от основных сил и разгромить его.
«Уведомляю тебя, – писал Кульнев брату, – что я, командуя авангардом, первый из русских, который имел счастье сражаться с французским маршалом Удино под Вилькомиром и, побеждая на каждом шагу, по данному мне наставлению мало-помало отступаю, дабы заманить сих вероломцев внутрь пределов наших».
2 июля, в день, когда русская армия, выступив из Дрисского лагеря, стала отходить на восток, Кульнев получил задание разведать расположение противника. Неожиданно для французов он переправился ночью через Двину и стремительным ударом рассеял два полка конницы, которые гнал 10 километров, и взял множество пленных, в том числе бригадного командира генерала Сен-Женье.
Предоставим слово самому Кульневу: «…со вверенным мне Гродненским гусарским полком напал я на два французские конные полка и в нескольких атаках на 10 верстах истребил почти до остатка сии два полка… Генерала, который командовал оными полками, взял в полон, как и несколько офицеров и более 200 разных чинов. После сей победы переправился я опять на сию сторону, истребив мост при Друе, и отозван к корпусной квартире, которая находится в 25 верстах от Друи».
Действия Кульнева были настолько стремительны, что командир французской дивизии Себастьяни не решился прийти на помощь своим гибнувшим полкам, полагая, что Кульнев располагает как минимум четырехтысячным отрядом. Потери русских составили всего 12 человек убитыми.
В истории Отечественной войны 1812 года сражение при белорусской деревеньке Чернево занимает лишь несколько строчек, но значение его гораздо большее. Этот успех в самом начале кампании имел тогда огромное значение. Он как бы предвещал будущие победы русской армии и показывал, что непобедимых дотоле в остальной Европе французов можно не только бить, но и обращать в бегство.
Кроме того, как явствуют французские документы, получив донесение от Мюрата, Наполеона одолели сомнения: не является ли отряд Кульнева не чем иным, как авангардом всей русской армии. Он велел даже приостановить движение до выяснения обстановки. Эта задержка позволила Барклаю-де-Толли выиграть время, что на первом этапе войны было немаловажным.
13 июля Кульнев вновь наголову разбил противника, захватив в результате смелого налета в плен несколько сот французов. Спустя еще неделю, 19 июля в сражении под Клястицами, пресекшем попытки французов продвинуться в направлении Петербурга, Гродненские гусары Кульнева взяли еще 900 пленных и почти весь обоз маршала Удино.

kulnev kartina
«Атака Гродненских гусар у Клястиц 20 июля 1812». Худ. Н.С. Самокиш.

Однако на следующий день, преследуя отступавшего неприятеля, отряд Кульнева наткнулся на главные силы Удино и после жаркого боя был отброшен. Удрученный неудачей, генерал сошел с коня и молча шагал в последних рядах отходивших, когда французское ядро оторвало ему обе ноги.
По словам Дениса Давыдова, смертельно раненый герой сорвал с шеи Георгиевский крест со словами: «Возьмите! Пусть неприятель, когда найдет труп мой, примет его за труп простого солдата и не тщеславится убиением русского генерала».
Так, в расцвете сил, не дожив до своего 49-летия всего несколько дней, в бою с врагом погиб храбрый воин суворовской школы Яков Петрович Кульнев.
Два часа спустя у деревни Головщизна с новой силой разгорелся жестокий бой и дивизия Вердье, преследовавшая Кульнева, была наголову разбита подходившими частями корпуса Витгенштейна. В этом сражении вновь отличился Гродненский гусарский полк Кульнева.

***
Весть о Клястицкой победе облетела всю империю вместе с вестью о гибели Кульнева. Современник вспоминает: «Весть о его кончине пришла в Москву вечером. В Большом театре давали оперу «Старинные святки», среди действия Сандунова — знаменитая тогда артистка, — подойдя к рампе, неожиданно для наполнившей зал публики, дрожащим голосом запела: «Слава, слава генералу Кульневу, положившему живот свой за отечество». Дальше продолжать она не смогла от слез. Весь театр заплакал вместе с ней».
После смерти тело Кульнева было предано земле невдалеке от того места, где он погиб, у деревни Сивошино.
Похороны, состоявшиеся 21 июля 1812 года, сопровождались воинскими почестями.
В 1830 году на месте гибели популярнейшего героя был установлен скромный гранитный памятник «высотою в 3 аршина и 3 вершка» с надписью на лицевой стороне сверху: «Генерал-майор Кульнев — 20 июля 1812 года». Ниже выгравирован отрывок из стихотворения В.А. Жуковского «Певец во стане русских воинов»:
Где Кульнев наш, рушитель сил,
Свирепый пламень брани?
Он пал — главу на щит склонил
И стиснул меч во длани…

В 1832 году братья перевезли прах Кульнева в свое поместье Илзенберг Витебской губернии (ныне с.Брезгале, Латвия). В этом же году ими была выстроена часовня, где и в настоящее время находится его гробница. Перед надгробием портрет Кульнева со словами: «От клястинцев-гродненцев и почитателей незабвенному герою 1812 года».
О популярности Кульнева в народе говорил следующий факт. Пушкин в своей повести «Дубровский» вложил в уста помещицы Глобовой такой рассказ: «…Вдруг въезжает ко мне человек лет 35-ти, смуглый, черноволосый, в усах, в бороде, сущий портрет Кульнева…».
Чтобы увековечить память о герое, в 1824 году Гродненский гусарский полк был переименован в Клястицкий 6-й гусарский генерала Кульнева полк, а имя Гродненский было дано вновь сформированному лейб-гвардии Гродненскому гусарскому полку.
Надгробие могилы Кульнева
В 1911 году ближайшая к его могиле станция Северо-Западной железной дороги была переименована в ««Кульнево».

Николай Малишевский

Из стихотворения Дениса Давыдова (1808)*
Поведай подвиги усатого героя,
О муза, расскажи, как Кульнев воевал,
Как он среди снегов в рубашке кочевал
И в финском колпаке являлся среди боя.
Пускай услышит свет
Причуды Кульнева и гром его побед.
Румяный Левенгельм на бой приготовлялся
И, завязав жабо, прическу поправлял,
Ниландский полк его на клячах выезжал,
За ним и корпус весь Клингспора пресмыкался;
О храбрые враги, куда стремитесь вы?
Отвага, говорят, ничто без головы.
Наш Кульнев до зари, как сокол, встрепенулся;
Он воинов своих ко славе торопил:
«Вставайте, — говорит, — вставайте, я проснулся!
С охотниками в бой! Бог храбрости и сил!
По чарке да на конь, без холи и затеев;
Чем ближе, тем видней, тем легче бить злодеев!»**
Все вмиг воспрянуло, все двинулось вперед…
О муза, расскажи торжественный поход!

Примечания:
* К сожалению, это лишь отрывок из утраченного большого стихотворения Дениса Давыдова о Якове Петровиче Кульневе и его подвигах в войне со Швецией в 1808—1809 годах.
** Приказ Кульнева накануне нападения, которое было назначено за два часа до рассвета. (Прим. Д.Давыдова).
Левенгёльм — начальник главного штаба шведской армии.
Клингспор — фельдмаршал, шведский главнокомандующий.

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Загрузка...