«Liberation»: Каким будет мир к 2030 году

«Liberation»: Каким будет мир к 2030 году

2030Брюно Тертре, эксперт по международным отношениям и геополитике французского Фонда стратегических исследований в интервью «Liberation» рассказал, каким ему видится будущее мира к 2030 году:

«Под давлением Трампа Америка «по умолчанию» вернулась к своей позиции в Персидском заливе конца 1970-х годов: просаудовской и антииранской. В результате усиливается разделение на два блока.

С одной стороны, альянс Сирия — «Хизбалла» — Иран, с активной поддержкой России, где Москва стремится утереть нос Западу и защитить свои интересы куда больше, чем бороться против ИГИЛ*, с другой — лагерь монархий Персидского залива, поддержанный США, вместе с его союзниками, в частности Египтом», — считает французский эксперт.

«Стечение различных обстоятельств возвращает прошлое государств в центр текущих международных событий. Поражение социализма и критика либерализма, головокружение от прогресса и глобализации привело к успеху популизма и национализма. Существуют два представления, скорее опирающихся на «сияющее прошлое», нежели на «светлое будущее».

Как следствие, на Западе заметна тенденция сильнее запереть границы; в России, Турции, Китае, наоборот, существует стремление отодвинуть границы — это новая форма неоимпериализма. И повсюду царит ностальгия по былому величию. При этом потихоньку нарастает и без того чрезмерная риторика о «конце либерального порядка», отмечает Тертре.

«Мы живем в «эпоху распада», если употреблять модный термин, поскольку все наши ориентиры — не только геополитические, но и экономические, культурные, технологические — находятся в движении. Однако мы всегда переоцениваем предсказуемость прежнего порядка. Я это называю «ретроспективная иллюзия стабильности». Речь не о создавшемся у нас впечатлении о жизни при холодной войне!

На самом деле происходит одновременное расшатывание всех этажей международного здания: мультилатерализм 1945 года и западные альянсы 1950-х; принципы неприкосновенности границ и запреты насильственного присоединения территорий, упроченные правом и практикой середины 1970-х; либерализация международной торговли и глобализация, установившиеся в 1990-е годы; либеральная политика вмешательства в дела других государств, достигшая своего апогея в последующее десятилетие», — заявляет эксперт.

«Мы много говорим о возвращении холодной войны, это действительно актуально?» — спросила бравшая интервью журналистка.

«Я долго отказывался от использования такой метафоры. Теперь она представляется мне менее неуместной, — сказал эксперт. — Путинская Россия склоняется к реваншистскому проекту, который нацелен на реставрацию ее былой славы в ущерб Западу. Она стремится оказать влияние на Европу и расколоть ее любым способом. И предлагает свою идеологию: сплав политической авторитарности и социального регресса, который якобы зиждется на «истинных ценностях» Европы. В этом для нее состоит «тотальное» сражение, хотя с ней еще можно эпизодически действовать совместно пред лицом общей угрозы. В некоторых отношениях путинская Россия даже опаснее, чем СССР: тот находился в неизменном состоянии, защищал свои «права» и воздерживался от каких-либо масштабных провокаций. Когда мы наблюдаем, как российские войска ведут себя на подступах к Европе, появляются основания опасаться серьезных инцидентов…»

«Не переоцениваем ли мы могущество России?».

«Россия — это «потемкинская деревня», — ответил Тертре. — У нее два преимущества: статус постоянного члена Совбеза ООН и ее ядерное оружие — первый арсенал в мире. Однако ее военный потенциал — всего лишь тень военной мощи СССР. А главное — Владимир Путин, находясь у власти более 15 лет, показал свою неспособность и даже нежелание исправить два основных уязвимых места России: это экономика, зависимая от экспорта углеводородов, и слабеющее население с плохим состоянием здоровья».

«История — это вечное возобновление, вы можете предсказать, каким будет мир через 20 лет?»- спросила журналистка.

«Я плохо представляю себе серьезный пересмотр позиций великих держав. Между Россией и Китаем не будет альянса за пределами тактического сотрудничества: слишком многое их противопоставляет и заставляет не доверять друг другу. Только большой конфликт или мощное политическое потрясение в Москве или в Пекине способно изменить расклад», — ответил собеседник издания.

«Если ссылаться на последний доклад американского «Национального разведывательного совета», к которому я написал французское предисловие, можно рассматривать три больших «метасценария», — рассказал Тертре. — Первый: «мир архипелагов», который я называю «мир Трампа», основанный на уходе в себя; второй: «мир сфер влияния», который можно назвать «мир Путина», основанный на геополитическом соперничестве, описанном выше; и, наконец, более оригинальный «мир сообществ», когда государства будут отодвинуты на второй план в пользу городов, предприятий, сетей, — это «мир Билла Гейтса». По моему прогнозу, мир 2030 года будет представлять собой смешение этих трех сценариев».

inopressa.ru

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ