Александр Жадан: «Мы были последними на афганской войне»

Александр Жадан: «Мы были последними на афганской войне»

zadan4Ему и сегодня часто снится горная застава, его пацаны в голубых тельняшках, ночные рейды, захваченные караваны, боевые друзья, которые вернулись с той войны и которые навсегда остались «за речкой».
— Разве можно об этом забыть, вычеркнуть из жизни? – спрашивает меня Александр Жадан.
И я, не выдержав этого взгляда, опускаю глаза и смотрю на поблёскивающие на его груди рубиновой эмалью два ордена Красной Звезды, слегка потемневшую со временем медаль «За отвагу».
Он с детства мечтал прыгнуть с парашютом. С годами это стремление переродилось в нечто большее – стать офицером Воздушно-десантных войск! Поэтому после окончания школы в Донецке Александр Жадан поехал поступать в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище. На всю страну гремела слава этой школы офицеров ВДВ.
Александр не сомневался в правильности своего выбора. Сомнения пришли несколько позже, после успешной сдачи вступительных экзаменов. Увидев в училище статных, почти под два метра ростом молодцев с голубыми погонами на плечах, юноше стало как-то неловко. Нет, он не сомневался в своей спортивной форме – мастер спорта по плаванию, играл в юношеской сборной Украины по гандболу (в спортивной школе, кстати, учился вместе с будущим олимпийским чемпионом Сергеем Бубкой). Александр Жадан задумался тогда о другом: что это за будущий офицер-десантник ростом всего один метр шестьдесят два сантиметра?..
Я смотрю сегодня на своего собеседника и не верю сказанному: косая сажень в плечах, да и ростом Бог не обидел, метр девяносто, пожалуй, будет. Александр Васильевич улыбается: мол, подрос немного позже. А тогда уж больно неловко ощущал себя среди «великанов».
В общем, не успев испытать радость от поступления в училище, юноша подал рапорт с просьбой отчислить его из учебного заведения.
Пошёл работать на завод слесарем-наладчиком. Потом служил срочную в армии. Именно здесь утвердился в своём стремлении стать офицером. К слову, за прошедшие два года после поступления в училище подрос на двадцать с лишним сантиметров. Теперь никаких преград, существовавших, на его взгляд, ранее, для учёбы в «десантной школе» не было.
В РВВДКУ он вновь поступил в 1979 году. Ни Александр Жадан, ни его товарищи даже предположить тогда не могли, что спустя несколько месяцев в Афганистан будет введён Ограниченный контингент советских войск и через горнило той войны пройдут тысячи солдат и офицеров. Когда выпускники училища, прошедшие огненными дорогами Афганистана, приезжали в свою альма-матер, курсанты смотрели на них как на героев. А ведь они, по сути, таковыми и были, что подтверждали боевые ордена на офицерских мундирах.
В училище сбылась давняя мечта Александра: он впервые прыгнул с парашютом. Потом выполнял прыжки различной степени сложности, в том числе с Ил-76, а также самолёта-гиганта «Антей».
За время учёбы особо запомнилась стажировка на третьем курсе. Проходил её курсант Жадан в Закавказском военном округе, в воздушно-десантной дивизии, дислоцировавшейся в Кировабаде. На тот период пришлись крупномасштабные учения, проходившие в Туркестанском военном округе. Привлекалась к ним и кировабадская дивизия ВДВ.
Поднятое по тревоге соединение самолётами было переброшено в Среднюю Азию. Вместе с воинами-десантниками участвовали в учении и рязанские курсанты-стажёры.
— Десантирование проходило в пустыне Каракумы, на иссушенную жарким солнцем землю, – вспоминает те нелёгкие три недели испытаний Александр Жадан. – После приземления мы искали свои боевые машины, которые также десантировались с самолётов, и выполняли на них поставленные задачи…
В Рязань после стажировки в роли командира роты курсант Жадан вернулся загоревшим и похудевшим на пятнадцать (!) килограммов. Но как завидовали в училище участникам учения!
Впрочем, не всем ребятам пришлась по душе такая романтика десантной службы – некоторые курсанты подали рапорты на отчисление из училища. Зато Александр твёрдо убедился, что ВДВ – это для него!
И вот наконец долгожданный выпуск из училища! Парадные мундиры, блеск офицерских погон…
Дальнейшим местом службы для лейтенанта Жадана стала учебная воздушно-десантная дивизия, дислоцировавшаяся в Прибалтийском военном округе. Потом была учёба на Высших академических курсах «Выстрел». Следующим местом службы стал Афганистан. Здесь он воевал в составе легендарной 103-й воздушно-десантной дивизии, в 357-м воздушно-десантном полку.
0Боевая работа для командира разведвзвода старшего лейтенанта Жадана началась с первых месяцев службы на афганской земле. Вместе со своими товарищами он организовывал засады, захватывал караваны с оружием и боеприпасами, нёс службу на заставах…
Первую схватку с «духами» он помнит по сей день. Дело было в Чарикарской долине, у заброшенного кишлака с таким близким нашим воинам названием – Зима. По данным разведки, сюда должен был прийти караван с оружием.
Выдвигались к кишлаку под покровом ночи. Шли боевыми тройками, впереди – разведдозор. С «духами» столкнулись внезапно, когда они были метрах в десяти от разведчиков. Двигались те очень скрытно, но наши воины почувствовали их присутствие буквально по запаху. Встреча с десантниками для врага тоже оказалась неожиданной – слишком далеко зашли «шурави» на неподконтрольную им территорию. Душманы обнаружили чужаков на мгновение позже – это предопределило исход скоротечного боя. Прихватив с собой трофеи, разведчики продолжили путь к кишлаку.
Почти неделю они скрывались в заброшенном дувале. Но их терпение было вознаграждено. Караван шел тяжело. Навьюченные верблюды, ишаки везли ценный груз. Нападение было неожиданным для «духов»…
За успешное выполнение той боевой задачи старший лейтенант Жадан был награжден своим первым орденом Красной Звезды. Потом на его счету будет ещё несколько успешных боевых операций.
Через полгода офицер принял под своё начало роту. Его подчинённые прикрывали подступы к Кабулу, несли службу на заставах. Доставить боеприпасы и продовольствие на некоторые из них можно было только вертолётами. «Духи» постоянно обстреливали заставы, и к этим обстрелам невозможно было привыкнуть.
— В горах очень трудно определить, откуда ведется обстрел, засечь огневую точку противника, – рассказывает Александр Жадан. – Затаятся «духи» за горкой и кладут мины на заставу. Но мы тоже не лыком шиты, давали им прикурить.
Однако не обходилось и без потерь. Любому командиру больно вспоминать об этом. Даже тогда, когда от тебя ничего не зависит, ты понимаешь, что ответственен за каждого из своих подчинённых.
Александр Жадан обладал ценным для командира качеством – он берёг своих солдат. Прежде чем принять то или иное решение, просчитывал все до мелочей. Наверное, поэтому за два с лишним года пребывания на афганской земле в его подразделении погиб лишь один десантник. Но для Александра Васильевича эта потеря до сих пор болью отзывается в сердце.
…25-ю горную заставу «духи» часто подвергали обстрелам. Преподнести такой «подарок» решили они десантникам и накануне Нового, 1988 года. Грохот разрывов разорвал ночную тишину. Мины рвались одна за другой. Срикошетив от бронежилета, осколок тяжело ранил сержанта Геннадия Кравченко. Всю ночь они боролись за его жизнь и с каким нетерпением ждали рассвета, когда должна была прилететь спасительная «вертушка»! Какими долгими казались те ночные часы ожидания! Но гул вертолета они услышали слишком поздно…
С матерью погибшего сержанта Галиной Николаевной, проживавшей на Украине, Александр Жадан долго время потом переписывался. Затем связь прервалась.
…Последние воинские части 40-й армии покинули Кабул 4 февраля 1989 года. В афганской столице, кроме посольства, оставались лишь небольшие силы охраны, аппарат главного военного советника, а также руководство группы управления Министерства обороны СССР в Афганистане во главе с генералом армии Валентином Варенниковым.
Безопасность генерала обеспечивал капитан Александр Жадан вместе со своими десантниками. Разумеется, утаить пребывание русских в Кабуле от иностранных журналистов было невозможно.
— 13 февраля, для того чтобы продемонстрировать вывод оставшихся десантников на родную землю, мне поставили задачу подобрать в роте десятка два фотогеничных бойцов, привести в порядок форму одежды и под объективами фотоаппаратов и видеокамер с оружием погрузиться на готовый к взлёту самолёт, – вспоминает Александр Васильевич. – Никаких личных вещей с собой мы не брали, потому что после взлета должны были вновь приземлиться в… Кабуле.
Ответив на вопросы, интересующие журналистов крупных информационных агентств, радио и телевидения, с радостными улыбками десантники погрузились на Ан-12, и он пошёл на взлёт. Покружив с час над Кабулом, командир экипажа сообщил десантному капитану новость: берём курс на Ош.
«Так ведь это в Союз» – первое, что мелькнуло в голове Александра Жадана.
Оказывается, лётчикам отдали такой приказ в связи с тем, что журналисты на аэродроме ещё не разошлись…
Офицер никогда не думал, что столь нежданным будет прощание со страной, народу которой они так искренне стремились помочь.
Киргизский город встретил десантников такой же, как в Афганистане, жарой и такими же мазанками. Глядя в иллюминатор, они увидели направлявшегося к самолёту верблюда. Даже не верилось, что они в Союзе. Может, это какой-то другой афганский город?
К открытой рампе подошёл старший прапорщик. Глянув на сидевших в чреве «аннушки» десантников с автоматами, спросил:
— Откуда, мужики?
— Из Кабула, – за всех ответил командир.
Старший прапорщик лишь ухмыльнулся:
— Брось заливать, капитан. Наших там нет. Чай, телевизор смотрим…
После дозаправки самолёт взял курс на Фергану.
Их не ждали и здесь. Капитан Жадан отправился на командно-диспетчерский пункт выяснить, куда им податься?
Все находившиеся в тот момент на КДП смотрели по телевизору последние новости. Там показывали сюжет о выводе советских войск из Афганистана. Жадан узнал Кабульский аэропорт.
— Ребята, подскажите… – начал было Александр, но один из офицеров в ответ лишь махнул рукой:
— Погоди, капитан. Видишь, наших пацанов «из-за речки» выводят.
В это время Жадан увидел по телевизору себя, под объективами фото и видеокамер докладывающего о готовности к отлёту. Оператор взял его крупным планом.
— Слушай, капитан, так ведь это ж ты, – узнали его лётчики.
Откуда-то на столе появилась бутылка, и они дружно отметили окончание той войны…
На следующий день в Фергану прилетели остававшиеся в Кабуле десантники.
После Афганистана капитан Александр Жадан служил в Азербайджане, на советско-иранской границе, в Белоруссии, вскоре был комиссован из Вооружённых Сил по состоянию здоровья – сказались два ранения и три контузии, полученные на афганской земле.
Уже находясь в отставке, заочно окончил факультет станковой живописи и графики Московского университета искусств, стоял у истоков музыкального коллектива – группы «СССР».
sssr4Александр Жадан и исполнитель всех песен группы «СССР». Во многих из них рассказывается о мужестве и героизме наших воинов на афганской земле, сквозит боль об утрате боевых товарищей.
…Не так давно группа «СССР» побывала на гастролях в Сыктывкаре. После одного из концертов к Александру Васильевичу подошла женщина и представилась Галиной Николаевной Кравченко. Это была мать его сержанта Геннадия Кравченко, переписка с которой прервалась несколько лет назад. Матери погибшего десантника и его командиру было что вспомнить. Ведь их тоже объединил, породнил ушедший в историю Ограниченный контингент.

«Мы были последними на афганской войне» // «Красная звезда», 9 февраля 2011 года

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Загрузка...